Кризис рациональности

В этой небольшой работе я выскажу несколько мыслей о современном состоянии науке, о причинах, приведших к такому положению дел, которые в конце концов находятся у основания мира и у основания природы человеческого мышления. Разумеется, возможно более строгое и полное рассмотрение предмета, но я сомневаюсь, что оно в герменевтическом смысле многое прибавит. Во всяком случае я не собирался писать чисто “гносеологическую” статью, что, быть может, сделаю впоследствии.

Вначале последуем за делением науки на прикладную (п) и фундаментальную (ф). Целью прикладной науки является изучение конкретных явлений природы и создание технических устройств. Например, наблюдения за процессом потягивания питья через маленькие трубочки полезны для создания впоследствии фонтанов и разного рода насосов. При этом всякое явление считается редуцируемым к известным фундаментальной науке закономерностям. Часто так называемая прикладная наука предстает в виде специальным образом подобранных числовых соотношений, неких полуэмпирических обобщений. Примером такого обобщения может служить корреляционная зависимость между размером тела млекопитающего и продолжительностью его жизни. Целью фундаментальной науки является познание мира, т.е. создание, как правило, МАТЕМАТИЧЕСКИХ положений, имеющих наиболее высокую степень общности, под которые попадает любой возможный опыт. Одна из важных функций ф.науки – создание понятийного аппарата (“заряд”, “сила”, “материальная точка”). Классическое требование к теоретическим построениям– не противоречить опытным данным, которые добываются п.наукой с помощью совершенствующихся технических приборов. Наука в целом обладает предсказательной и творческой силой (в смысле создания новых приспособлений). Всякая наука стремиться своими “законами” приблизиться к дедуктивной всеобщности аксиом математики. Вместе с тем справедлива мысль Пуанкаре [1,c.8]: “Таким образом, они пришли к тому, что называется номинализмом, и пред ними возник вопрос, не одурачен ли ученый своими определениями и не является ли весь мир, который он думает открыть, простым созданием его прихоти. При таких условиях наука была бы достоверна, но она была бы лишена значения. Если бы это было так, наука была бы бессильна. Но мы постоянно видим перед своими глазами ее плодотворную работу. Этого не могло бы быть, если бы она не открывала нам чего-то реального; но то, что она может постичь, не суть вещи в себе, как думают наивные догматики, а лишь отношения между вещами; вне этих отношений нет познаваемой действительности”. Гуманитарные дисциплины нами здесь не рассматриваются. Во всяком случае они требуют особого внимания. Я приведу лишь два мнения, Э.Гуссерля и Н.Винера. Первый писал [2,c.628]: “Однако лишь природу можно ощущать саму по себе как замкнутый мир, лишь наука о природе может с твердой последовательностью абстрагироваться от всего духовного и заниматься природой как природой. В то же время ученого, интересующегося только духом ”. Отец же кибернетики высказывает такую мысль [3,с.236]: “Все большие успехи точных наук связаны с такими областями, где явление отделено достаточно резко от наблюдателя В общественных науках связь между наблюдаемым явлением и наблюдателем очень трудно свести к минимуму Другими словами, в общественных науках мы имеем дело с короткими статистическими рядами и не можем быть уверены, что значительная часть наблюдаемого нами не создана нами самими. Исследование фондовой биржи, вероятно, перевернет всю фондовую биржу.”

Собственно говоря, любая отрасль науки сводится к физике (химия, например). У нее может быть свой понятийный аппарат, но это не меняет положения вещей. Например, еще в 19в. “атом” физиков и “атом” химиков некоторыми различались, да и по сей день в химии сохранились характеристики атома, трудноредуцируемые к известным физике соотношениям; таково понятие “валентности”, “сродство к электрону”. И тем не менее это не мешает нам вести квантовохимические расчеты, рассчитывать на основе уравнения Шредингера электронные орбитали. Таким образом, подлинный прогресс в науке определяется прогрессом в теоретической физике, а прогресс в последней определяется прогрессом в физике элементарных частиц.

Наблюдая историю физики, нетрудно заметить, что исследовались вначале обыденные явления (рычаг, давление жидкостей), затем более тонкие (термодинамика). Световые и электрические явления были известны давно, но для их объяснения (точнее, описания) понадобилось: во-первых, время; во-вторых, приборы (для постановки точных опытов). Теперь природа все более неохотно отдает секреты, их приходится вырывать строительством весьма дорогостоящих ускорителей частиц. До сих пор не удавалось (и, я думаю, не удасться!) получить в чистом виде кварки (как мне стало известно совсем недавно, кварки все-таки наблюдались, но косвенным образом). Вновь приведу цитату из Пуанкаре [1,c.93]: “Я позволю сравнить себе науку с библиотекой, которая должна беспрерывно расширяться; но библиотекарь располагает для своих приобретений лишь ограниченными кредитами; он должен стараться не тратить их понапрасну. Такая обязанность делать приобретения лежит на экспериментальной физике, которая одна лишь в состоянии обогащать библиотеку. Что касается математической физики, то ее задача состоит в составлении каталога. Если каталог составлен хорошо, то библиотека не делается от этого богаче, но читателю облегчается пользование ее сокровищами. С другой стороны каталог, указывая библиотекарю на пробелы в его собраниях, позволяет ему дать его кредитам рациональное употребление; а это тем более важно ввиду их совершенной недостаточности.” Наше оборудование (приборы) слишком КРУПНЫ, чтобы “пощупать” МАЛЫЕ частицы и БЫСТРЫЕ процессы. Поэтому и особенности квантовой механики (принцип неопределенности, например) призваны теоретически оправдать взаимодействие “макроприбор-микрочастица”. Но если нет эксперимента (в силу его невозможности), то нет и теории. Так, в Путеводителе по микроэлектронике (RoadMap1998) указано на преобладание среди исследований работ, связанных с математическим моделированием, и на причину этого: дороговизна строительства “чистых комнат”. Космология уже давно довольствуется скудностью своего опыта; она может строить В ПРИНЦИПЕ НЕПРОВЕРЯЕМЫЕ гипотезы об иных “пространственно-временных пузырьках”. В силу постулатов теории относительности нельзя никак узнать, что сейчас находится от нас на расстоянии 20млрд.лет*300тыс.км/сек.

Перейти на страницу: 1 2 3

Дополнительно

Технология производства мяса гусей
Животноводство - вторая важнейшая отрасль сельского хозяйства. Она обеспечивает население высокобелковыми и диетическими продуктами питания, а ряд отраслей промыш­ленности - сырьем. Особенность ее в том, что энергоемкость продукции животноводства (затраты энергии на одну кало­рию продукции) в 15-2 ...

Достижения генной инженерии и биотехнологии
В своей работе я раскрываю тему достижений генной инженерии и биотехнологии. Возможности, открываемые генетической инженерией перед че­ловечеством как в области фундаментальной науки, так и во мно­гих других областях, весьма велики и нередко даже революционны. Так, она позволяет осуществлять инду ...

Меню сайта